Review of: K. Pollack. Armies of Sand: The Past, Present, and Future of Arab Military Effectiveness
Table of contents
Share
Metrics
Review of: K. Pollack. Armies of Sand: The Past, Present, and Future of Arab Military Effectiveness
Annotation
PII
S268684310015817-6-1
DOI
10.18254/S268684310015817-6
Publication type
Review
Source material for review
Pollack K. Armies of Sand: The Past, Present, and Future of Arab Military Effectiveness. Oxford: Oxford University Press, 2019. — 696 p.
Status
Published
Authors
Artem K. Adrianov 
Occupation: Undergraduate student at MGIMO University, chairman of Middle East Club (MGIMO University Student Academic Society; 2019–2020)
Affiliation: MGIMO University
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Pages
250-257
Abstract

The review analyzes the recent book written by an American military expert and political scientist Kenneth Pollack and entitled Armies of the Sand: Past, Present and Future of the Effectiveness of Arab Armies. The author of the monograph has been studying Arab armies and Middle East conflicts for more than 30 years and had previously published several papers that consider the military organization of different countries in the region. In this book, Pollak seeks to summarize long-standing discussions that consider the reasons for the low military effectiveness of the Arab armies after the Second World War. The author consistently examines four principal arguments that seek to explain the reasons for the failures of the Arab armies on the battlefield (the influence of the Soviet military doctrine, politicization, the level of socio-economic development, culture). For each of the hypotheses, Pollack selects the most representative examples from the history of military operations carried out by the Arab armies after 1945. In doing so the researcher tries to prove or disprove the hypotheses. To better substantiate his conclusions Pollack also examines whether non-Arab armies that presumably faced the same difficulties as the Arab ones also performed poorly on the battlefield. The author concludes that Arab culture has been the most influential factor that prevented Arab armies from winning wars.

Keywords
K. Pollack, Arab Armies, Arab-Israeli conflict, Egypt, Libya, Syria, Jordan, Iraq
Received
06.07.2021
Date of publication
03.08.2021
Number of purchasers
1
Views
182
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf

To download PDF you should sign in

Additional services access
Additional services for the article
1

2 В начале 2019 г. была опубликована книга американского политолога и военного эксперта Кеннета Поллака «Армии песка: прошлое, настоящее и будущее эффективности арабских армий» (Armies of Sand: The Past, Present, and Future of Arab Military Effectiveness) [Pollack, 2019]. Данная книга не первая публикация исследователя, посвященная армиям арабских стран. В 2002 г. К. Поллак опубликовал монографию «Арабы на войне: военная эффективность, 1948–1991» (Arabs at War: Military Effectiveness, 1948–1991) [Pollack, 2002], главы из которой вошли в рецензируемую книгу. Поллак также известен как эксперт по Ирану и Ираку: в 1988–1995 гг. он работал аналитиком в ЦРУ, где специализировался на военной организации этих стран; в 1995–1996 гг. он занимал должность главы отдела Ближнего Востока и Южной Азии в Совете национальной безопасности США, а в 1999–2001 гг. — отдела по вопросам Персидского залива. В 2001 г. Поллак покинул государственные структуры США и перешел на академическую работу в американские «мозговые центры». В настоящее время он является научным сотрудником Американского института предпринимательства (American Enterprise Institute) — одного из главных американских неоконсервативных «мозговых центров»1.
1. Kenneth M. Pollack. Официальный сайт American Enterprise Institute URL: >>>> (accessed 18.06.2021).
3 Проблема неудачных боевых действий армий арабских стран в арабо-израильском конфликте, ливийско-чадском конфликте, ирано-иракской войне и современных ассиметричных конфликтах подробно рассматривалась во многих публикациях в американском академическом сообществе [Pollack, 2019, p. 19]. Проблема не теряет актуальности и в наши дни, особенно для американских военных: почему несмотря на годы упорной работы американских инструкторов, иракская армия так быстро отступала под натиском ИГИЛ, а оснащенная первоклассным вооружением саудовская армия терпит поражения от группы повстанцев-хуситов в Йемене?
4 В первой главе книги Поллак дает краткую характеристику основных проблем, с которыми сталкиваются современные армии арабских стран2. «Самой большой, постоянной и хронической проблемой вооруженных сил арабских стран», по мнению автора, является «низкая эффективность младших офицеров» [Pollack, 2019, p. 24]. В большинстве глав книги автор неоднократно повторяет, что именно проблемы на уровне тактического командования лежат в основе неудач арабских армий: отсутствие инициативы, гибкости, креативности, понимания основ общевойскового боя и преимуществ боевого маневрирования, неспособность быстро адаптироваться к изменившимся условиям боя. Среди других проблем, указанных автором, встречаются также низкий уровень работы с информацией, проблемы сбора разведданных и практическое отсутствие рекогносцировки, передача неверной информации вышестоящему начальству; низкий уровень технического образования, неспособность использовать все преимущества современного оружия.
2. К арабским странам К. Поллак относит Алжир, Бахрейн, Египет, Ирак, Иорданию, Йемен, Катар, Кувейт, Ливан, Ливию, Марокко, ОАЭ, Оман, Палестину, Саудовскую Аравию, Сирию, Судан и Тунис.
5 Основные проблемы арабских армий Поллак видит на уровне тактического командования, в то время как эффективность действий командования на стратегическом уровне, по его мнению, варьировалась в разных странах в зависимости от обстоятельств. Что касается сплоченности подразделений, то, вопреки распространенному мнению, автор указывает, что «в целом сплоченность подразделений в арабских армиях чаще была хорошей, чем плохой» [Pollack, 2019, p. 32]. Как и уровень боевого духа, она могла значительно отличаться в разных армиях и даже в одних и тех же армиях на разных этапах конфликта. Кроме того, Поллак отмечает, что трусость военнослужащих не является основной проблемой современных арабских армий. Так, исследователь пишет, что армии Сирии и Ирака, даже несмотря на значительные потери, продолжали вести бой против ЦАХАЛ в ходе войны Судного дня, а ВВС Сирии — в войне 1982 г., армия Ливии — в борьбе за полосу Аузу в 1987 г., а армия Саудовской Аравии — в битве при Хафджи в 1991 г. [Pollack, 2019, p. 41].
6 По мнению Поллака [Pollack, 2019, p. 337], армии арабских стран в основном не испытывали проблем с логистикой: войны проигрывались не оттого, что у военнослужащих не было патронов, снарядов, воды, еды, медикаментов, запчастей и т. д. Однако при этом для арабских армий характерен низкий уровень технического обслуживания и эксплуатации вооружения.
7 Поллак подводит итог многолетним дискуссиям о причинах, объясняющих указанные проблемы, последовательно рассматривая четыре наиболее распространенные в литературе версии: влияние советской военной доктрины, политизацию, уровень социально-экономического развития, особенности арабской культуры. К каждой из гипотез исследователь подбирает репрезентативные примеры из истории боевых действий армий арабских стран после 1945 г., призванные доказать или опровергнуть предложенную версию. Для лучшего обоснования выводов Поллак также рассматривает, насколько эффективны были армии неарабских стран, сталкивавшиеся с теми же проблемами.
8 В первой части книги автор рассматривает версию о применении армиями арабских стран советской военной доктрины в качестве основной причины их низкой боевой эффективности. Исследователь отвергает эту версию, указывая, что, во-первых, далеко не все арабские армии, имевшие опыт неудачных боевых действий, использовали советские военные методы (например, армия Иордании в Шестидневной войне, армия Египта в боевых действиях 1991 г. против Ирака). Во-вторых, даже в случае, если армии арабских стран и пытались ее применять (Египет и Сирия в Войне Судного дня, Ливия в чадско-ливийском конфликте, Сирия в ходе интервенции в Ливан в 1982 г.), основные положения советской доктрины слабо реализовывались на практике. Наконец, армии неарабских стран, также опиравшиеся на советские методы ведения войны (армия КНДР в Корейской войне, армия Кубы в войне за Огаден и войне в Анголе), были довольно успешны.
9 Вторая часть монографии посвящена вопросу влияния политизации армии на ее боевую эффективность. Как отмечает Поллак, политизация может реализовываться в трех вариантах: участие армии в политике, включая военные перевороты («преторианство»); чрезмерное участие гражданского руководства страны в управлении армией («комиссарианизм»); использование армии не для борьбы с внешней угрозой, а для обеспечения стабильности режима внутри страны, когда цель армии — борьба с внутренними угрозами («дворцовая стража»).
10 Примером первого вида политизации могут служить многочисленные военные перевороты, происходившие в арабских странах после 1945 г.; примером второго — иракская армия в период правления С. Хусейна, ливийская армия при М. Каддафи, сирийская — при Хафезе и Башаре Асадах. Что касается армии как «дворцовой стражи», в Арабском мире, как отмечает автор, «практически все вооруженные силы арабских стран начинали свою жизнь с основным фокусом на внутренней безопасности» [Pollack, 2019, p. 118]. Постепенно главная роль в поддержании внутренней безопасности передавалась специализированным структурам, и армии все больше фокусировались на отражении внешней угрозы. В настоящий момент такой армией, по мнению К. Поллака, может считаться, например, армия Ирака.
11 С течением времени формы политизации могут пересекаться, а ее доминирующий вид меняться. Боязнь руководства страны потерять власть в результате военного переворота стимулирует развитие второго вида политизации, даже если армия носит характер «дворцовой стражи». В случае успешного военного переворота новое руководство страны боится его повторения, для чего также устанавливает постоянный надзор за армией.
12 Анализируя историю взаимоотношений гражданского и военного руководства в Египте и Ираке, а также в Аргентине и Южном Вьетнаме, Поллак приходит к выводу, что в научной литературе влияние политизации преувеличено. На примере боевых действия египетской армии в ходе Шестидневной войны и Войны Судного дня Поллак показывает, что несмотря на значительное улучшение уровня подготовки стратегического командования в результате деполитизации, начатой еще Г. Насером после поражения 1967 г. и продолженной А. Садатом, в целом уровень боевой эффективности египетской армии практически не изменился. Поллак подробно описывает все приготовления к форсированию Суэцкого канала и наступлению на Синайском полуострове, однако заключает, что деполитизация не привела «фактически ни к каким улучшениям тактического командования египетской армии, [улучшениям в области] работы с информацией на тактическом уровне и обращения с оружием» [Pollack, 2019, p. 142]. То же самое относится и к иракской армии, руководство которой было деполитизировано в 1982–1986 гг. после ряда поражений в Ирано-иракской войне.
13 Политизация затрагивает в основном высшие эшелоны командования. В то же время, по мнению исследователя [Pollack, 2019, p. 403], ключевые проблемы арабских армий сосредоточены на тактическом уровне, а именно в действиях младших офицеров: отсутствие инициативы, изобретательности; действие строго в рамках приказа даже в случае, если обстоятельства на поле боя кардинально изменились; передача командованию ложной информации о несуществующих успехах подразделений; бездействие полевой разведки.
14 Поллак указывает, что другие значительно политизированные армии, такие, как армия Южного Вьетнама в войне во Вьетнаме и армия Аргентины в Фолклендской войне, не имели тех же проблем, что и армии арабских стран.
15 В третьей части книги Поллак анализирует версию о низком уровне социально-экономического развития арабских стран как основной причины поражений их армий. Автор приходит к выводу, что данная гипотеза частично объясняет низкую боевую эффективность армий арабских стран, однако не является ключевым фактором.
16 Проблема развития связана с неграмотностью населения (в развивающихся странах не все военнослужащие могут понять письменные приказы, прочитать устав, карту, захваченные документы противника), малым опытом взаимодействия с техникой (военнослужащие не понимают принципов работы военной техники и вооружения, из-за чего не могут их правильно применять, хранить, устранять неполадки), другим отношением к времени (в современном общевойсковом бою действия подразделений расписаны с точностью до минут и секунд).
17 По мнению Поллака [Pollack, 2019, p. 339], фактор уровня развития сыграл определенную роль, однако решающего влияния на эффективность арабских армий не оказал. Так, уровень социально-экономического развития Сирии значительно вырос с конца 1940-х гг. до начала 1980-х гг., однако в ходе Первой арабо-израильской войны 1948–1949 гг. и войны 1982 г. в Ливане сирийская армия испытывала, по сути, одни и те же проблемы, лежавшие не в технической сфере, а в области эффективности командования на тактическом уровне.
18 Стоит особо отметить рассматриваемый автором чадско-ливийский конфликт 1978–1987 гг., представляющий собой отличный пример влияния уровня развития на боевую эффективность: чадским полевым командирам противостояла хорошо организованная и оснащенная ливийская армия. Несмотря на значительный разрыв в уровне развития, племена Чада, использовавшие стрелковое оружие и оборудованные пулеметами пикапы, смогли разгромить армию значительно более экономически развитой Ливии. В отличие от ливийских подразделений, имевших хорошую логистику, демонстрировавших высокий уровень боевой сплоченности, вооруженные формирования чадских повстанческих организаций демонстрировали значительную инициативу, креативность, гибкость, постоянно маневрировали, совершая быстрые набеги на ливийские базы и лагеря. Кроме того, чадские повстанцы значительно превосходили ливийцев в области сбора разведданных.
19 Ливийские вооруженные силы не смогли полностью реализовать свое ключевое преимущество: наличие авиации. Как указывает Поллак, «воздушные удары ливийцев редко причиняли какой-либо физический урон, поскольку лишь немногие ливийские пилоты на самом деле знали свои самолеты и вооружение настолько хорошо, чтобы точно поразить цель» [Pollack, 2019, p. 306]. Таким образом, проблемы социально-экономического развития проявлялись в ливийской армии, однако племена Чада, находившиеся на еще более низком уровне, смогли успешно применять навыки, которыми владели в совершенстве.
20 В качестве контрпримера Поллак рассматривает действия подразделений КНР в Корейской войне. Автор указывает, что хотя уровень социально-экономического развития КНР в то время был очень низким, это не мешало китайским подразделениям постоянно маневрировать, быстро адаптироваться к меняющейся боевой обстановке. Их главными проблемами были логистика и вооружение, однако даже несмотря на это они смогли нанести ряд поражений войскам ООН, представленным в первую очередь ВС США. Таким образом, Поллак приходит к выводу, что несмотря на сравнимый уровень социально-экономического развития, существовали «значительные различия в боевой эффективности между арабскими и неарабскими силами» [Pollack, 2019, p. 330].
21 В четвертой части монографии Поллак анализирует влияние арабской культуры на современные армии арабских стран. В ходе всего повествования исследователь несколько раз указывал, что именно в ней он видит решающую причину низкой боевой эффективности армий арабских стран.
22 Поллак использует термин «культура» «в антропологическом смысле выученных и разделяемых членами общества ценностей и моделей поведения, развитых сообществом (community. — А. А.) на протяжении его истории» [Pollack, 2019, p. 355]. Культура усваивается в процессе социализации — в первую очередь в семье и в школе. В армии, одном из общественных институтов, она проявляется.
23 Автор признает, что хотя культура в каждой арабской стране отличается, можно выделить общие черты, присущие культуре всех арабских стран. Опираясь на работы антропологов и специалистов по арабским странам, а также на доклады международных организаций, Поллак выделяет черты «доминирующей арабской культуры», под которой понимается культура оседлых сообществ, и присущих им земледельческих и ремесленных хозяйств [Pollack, 2019, p. 364]. Таким образом, культуру кочевников, бедуинов автор в данной книге не рассматривает.
24 Исследователь особо отмечает проблему взаимосвязи религии и культуры. Как отмечает автор, хотя большинство арабов являются мусульманами, «текстологический анализ ислама не указывает на главные паттерны обычного с культурной точки зрения поведения арабов» [Pollack, 2019, p. 364]. И хотя ислам является продуктом арабской культуры, священные тексты дают лишь самое общее представление о современной арабской культуре, в первую очередь из-за произошедших за более чем тысячу лет изменений в обществе и хозяйстве.
25 Поллак выделяет [Pollack, 2019, p. 371–393] следующие черты, присущие «доминирующей арабской культуре» и оказывающие влияние на боевую эффективность армий арабских стран: конформизм; большая роль авторитета / вышестоящей фигуры, особенно отца в семье; почтительное отношение к власти и пассивность; лояльность внутренней группе; манипулирование информацией (грех — это всегда публичный грех, он возможен лишь тогда, когда о совершенном знают окружающие); атомизация знания; презрительное отношение к ручному труду.
26 На основе опыта своих многочисленных командировок на Ближний Восток и общения с западными военными инструкторами Поллак указывает [Pollack, 2019, p. 440], что управление армейскими подразделениями и процесс тренировки военнослужащих в арабских армиях строится по схеме, используемой в школе: непререкаемый авторитет учителя, выполнение действий строго в соответствии с инструкцией, зубрежка. Точно так же происходит процесс социализации в семье, где детям необходимо всегда делать то, что говорят старшие, действовать так, как действуют другие, не задавая вопросов. В результате арабские военнослужащие с детства несклонны проявлять личную инициативу и действовать в отрыве от прописанных инструкций. В то же время современная война, где обстоятельства меняются очень быстро, требует от командиров тактического уровня инициативности и умения самостоятельно принимать решения.
27 Поллак приводит в пример [Pollack, 2019, p. 132] действия египетской армии в ходе Войны Судного дня 1973 г.: египетский генштаб разработал подробные инструкции о том, какое подразделение, что и когда именно делает. На специально построенных макетах военнослужащие доводили до автоматизма определенные действия, выполнение которых от них требовала их роль в плане. В результате в первые дни войны египетская армия смогла успешно форсировать Суэцкий канал и продвинуться на 10–15 километров в глубь Синайского полуострова. Однако через два-три дня после начала боевых действия подробно прописанные инструкции закончились и подразделениям пришлось действовать в условиях постоянно меняющейся обстановки. Таким образом, оправившись от первых ударов, ЦАХАЛ смог переломить ход боевых действий. Как отмечает автор, именно культура оказывает решающее влияние на эффективность подразделений тактического уровня, в ней кроется основная проблема армий арабских стран.
28 Для подтверждения своих выводов Поллак отдельно останавливается на случаях относительно успешных боевых действий армий арабских стран (иорданский Арабский легион 1948 г., сирийская армия в войне 1982 г. в Ливане, египетская армия в 1973 г. и иракская армия в 1988–1990 г.), а также негосударственных вооруженных формирований, действующих в арабских странах (Хезболла и ИГИЛ). По его мнению, все эти армии и вооруженные формирования смогли разными способами нивелировать влияние «доминирующей арабской культуры», что позволило им значительно повысить свою боевую эффективность.
29 Так, успехи Арабского легиона в первой арабо-израильской войне Поллак сводит к следующим факторам [Pollack, 2019, p. 465]: во-первых, до эвакуации британских военных из Иордании в 1956 г. иорданская армия была полностью добровольной, большинство солдат были бедуинами, а не жителями городов (поскольку у бедуинов военная служба имеет большой престиж). Бедуинская культура в отличие от «доминирующей арабской культуры» оседлых сообществ гораздо меньше акцентирует лояльность индивида группе и больше ценит индивидуализм и личную отвагу. Во-вторых, большинство офицерских должностей в Арабском легионе занимали опытные британские офицеры, постоянно тренировавшие свои подразделения. В-третьих, в то время Арабский легион был небольшим, в результате чего его было легче тренировать, а найти необходимое количество способных военнослужащих — проще.
30 Вооруженные формирования негосударственных акторов также по-своему снижали влияние «доминирующей арабской культуры». Успехи Хезболлы Поллак объясняет [Pollack, 2019, p. 488] энтузиазмом ее членов, поддержкой Ирана, а также банальной слабостью ее соперников в гражданской войне в Ливане. При этом энтузиазм членов Хезболлы объясняется ее религиозной идеологией, а также особым способом формирования подразделений — они состояли во многом из уже близких друг другу людей — родственников, друзей, членов одного клана. Кроме того, до начала конфликта в Сирии в 2011 г. численность вооруженных формирований Хезболлы была невелика, в результате чего на постоянной основе в них служили лишь лучшие солдаты. Наконец, свою роль сыграла и структура военной организации: Хезболла относительно децентрализована и состоит из полуавтономных формирований, стремящихся действовать инициативно и креативно.
31 Схожим образом Поллак объясняет успехи ИГИЛ. Для этой организации решающими факторам оказались религиозная идеология, мотивирующая бороться до конца; нестандартная структура; дарвиновский процесс естественного отбора наиболее эффективных командиров; иностранные боевики; относительная слабость противников. Все эти факторы позволили ИГИЛ, по мнению автора, нивелировать влияние «доминирующей арабской культуры»: особая структура, опирающаяся на автономных полевых командиров, стимулировала инициативность и креативные действия; иностранные боевики проявлявшие «не нормальные» для арабского общества черты [Pollack, 2019, p. 505], повышали мораль подразделений своим религиозным энтузиазмом.
32 В заключении книги Поллак еще раз подчеркивает особое влияние культуры на боевую эффективность арабских армий и отмечает, что в настоящее время Арабский мир «произвел на свет слишком мало людей с навыками, необходимыми для успеха в войне индустриальной эпохи» [Pollack, 2019, p. 511].
33 Работа Поллака представляет большую научную ценность и дает комплексное представление о проблемах, с которыми в настоящее время сталкиваются армии арабских стран. Подробный анализ каждой из четырех версий позволяет оценить достоинства и недостатки каждой из них. Особо стоит отметить тот факт, что автор также рассматривает армии неарабских стран, в результате чего с его выводами трудно не согласиться. Тем не менее стоит отметить, что автор опирался лишь на работы, опубликованные на английском языке, что могло частично исказить его выводы, особенно в части, касающейся влияния культуры на арабские общества и армии. Кроме того, некоторые военные конфликты с участием арабских армий в работе не рассмотрены, в том числе гражданская война в Алжире и гражданские войны в Судане.

References

1. Pollack K. Armies of Sand: The Past, Present, and Future of Arab Military Effectiveness. Oxford: Oxford University Press, 2019. — 696 p.

2. Pollack K. Arabs at War: Military Effectiveness. 1948–1991. University of Nebraska Press, 2002. — 732 p.

3. Kenneth M. Pollack. American Enterprise Institute. URL: https://www.aei.org/profile/kenneth-pollack/ (accessed18.06.2021).

Comments

No posts found

Write a review
Translate