Door Construction of Ancient Egyptian Rock-Cut Tombs at the Eastern Plateau of the Giza Necropolis
Table of contents
Share
QR
Metrics
Door Construction of Ancient Egyptian Rock-Cut Tombs at the Eastern Plateau of the Giza Necropolis
Annotation
PII
S268684310021617-6-1
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Sergey V. Vetokhov 
Occupation: Senior researcher, Institute of Oriental Studies, Russian Academy of Sciences
Affiliation: Institute of Oriental Studies, Russian Academy of Sciences
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Pages
115-128
Abstract

On the basis of extensive material obtained during the work of the Russian archaeological mission, a generalization of the structural design of doors in Ancient Egyptian rock-cut tombs on the Eastern Plateau of Giza was carried out. The analysis showed that the size and structural design of the doors are directly related to the time of the chapel construction, the wealth of the tomb owner and natural or artificial features of the rocky area. Thus, the first rock-cut tombs whose owners had a high social status, which began to be built from the middle of the V dynasty on the eastern edge of the Eastern Plateau, are distinguished not only by their large size and extensive pictorial program of chapel decoration, but also by wide passages, inserted drums of better stone and well executed door fastening places. While towards the end of the Old Kingdom, when the Necropolis became compact and generally impoverished, there was a marked tendency not only to reduce the size of the passages to the chapels, but also to simplify the door arrangement and even to abandon the doors in most of the tombs. The development of gentle rocky areas and areas of poor rock quality in V–VI dynasties, leads to the appearance of steps to descend into the chapel, open courtyards and reduced dimensions of the passages to maintain their strength. Statistical analysis of the width of the passages and drums height in the chapels of the 72 currently available rock-cut tombs has demonstrated the existence of stable dimensional standards at the beginning of the development of the rock massif (c. mid V dynasty). For example, the tombs that appeared first in the tomb groups had an opening width of 10 or 12 ancient Egyptian palms (76–80 or 90–98 cm) and a drum height of 4 or 7 palms (30 or 52 cm). But towards the end of the Old Kingdom the width of the passages is reduced to about 8 palms (about 60 cm) and the height of the drums above the passages to 17 cm, and in many cases they disappear from the decoration of the entrances.

Keywords
Ancient Egypt, Old Kingdom, Giza Necropolis, ancient Egyptian architecture, rock-cut tomb, door, Egyptian cubit
Date of publication
19.09.2022
Number of purchasers
0
Views
31
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf
Additional services access
Additional services for the article
1 Двери в древнеегипетских гробницах не просто ограждали свободный доступ в часовню, но разграничивали мир живых и мир мертвых, изолируя сакральное пространство культового помещения для получения жертвенных даров двойником (ка) владельца гробницы. Однако практически все известные нам гробницы Древнего царства утратили двери, оставив для понимания их конструктивного устройства детали монтажа, изобразительные источники и буквально единичные сохранившиеся экземпляры самих дверей. Тема устройства древнеегипетских дверей достаточно широко проработана в литературе; между тем, назрела необходимость систематизировать информацию о дверях в скальных гробницах на участке работ Российской археологической экспедиции на Восточном плато Гизы, проанализировать виды их конструктивного устройства, попробовать выявить и локализовать размерные стандарты, и просто поделиться своими наблюдениями и мыслями.
2 Существует целый ряд работ, посвященных изучению символического и религиозного значения дверей, их изобразительному оформлению, но конструкциям дверей в поминальных часовнях мастаб и скальных гробниц посвящено всего несколько публикаций. Самое раннее описание конструктивного устройства дверей из некрополя Гизы мы находим у К. Р. Лепсиуса в работе «Памятники Египта и Эфиопии», вышедшей в 1897 г., где, например, для скальной гробницы Хафраанха (G 7948) предлагается вариант реконструкции устройства двери [Lepsius, 1897, S. 92]. Одно из первых описаний деревянных дверей в гробницах (деталей их устройства и способов установки) содержится в книге С. Кларка и Р. Энгельбаха «Древнеегипетские конструкции и архитектура», первое издание которой вышло в 1930 г. [Clarke, Engelbach, 1990]. Великолепным примером, приведенным авторами, является деревянная дверь из мастабы Каемхесита в Саккаре, относящейся к V династии [Clarke, Engelbach, 1990, fig. 185]. Одной из самых подробных работ по теме дверей и дверных проемов является работа О. Кёнигсбергера «Конструкции египетских дверей» [ Königsberger , 1936] в которой автор исследовал многочисленные примеры по устройству и креплению дверей, обнаруженных в древнеегипетских памятниках.
3 Г. Фишер посвящает конструкциям дверей в древнеегипетские гробницы небольшой раздел в книге, вышедшей в 1996 г., — «Египетские двери, внутри и снаружи» [ Fischer, 1996, pp.  91–102], где разбирает различия между устройством дверей в гробницах и наосах, предназначенных для размещения статуи. О конструктивном устройстве дверей пишет Д. Арнольд в «Энциклопедии архитектуры Древнего Египта» [Arnold, 2003, pp. 74–76]. Между тем, никто из перечисленных авторов не дает размерные характеристики дверей и их эволюционные изменения. Таким образом, базируясь на массовом материале, полученным в результате работ Российской археологической экспедиции, попробуем частично восполнить этот пробел.
4 ПОЯВЛЕНИЕ ЧАСОВНИ, «ЛОЖНОЙ ДВЕРИ» И СКАЛЬНОЙ ГРОБНИЦЫ
5 Появление первой проточасовни датируется периодом I династии, когда к гробнице было добавлено отдельное место для поминального культа. Так, в некрополе Тархан, между Фаюмским оазисом и Нильской долиной, Ф. Питри и Г. Вейнрайт обнаружили семь небольших погребений в виде мастаб из сырцового кирпича, относящихся ко времени завершающей фазы культуры Нагада (ок. 3000 г. до н. э.), с пристроенным местом культа в виде невысокой кирпичной ограды с проходом. Между мастабой и часовней, как раз напротив лица погребенного, располагалось по два небольших вертикальных отверстия, через которые происходила символическая коммуникация между погребенным и приносящим жертвенные дары в часовню [Reisner, 1936, pp. 11–12, 239–241; Bárta, 2011, p. 29].
6 В дальнейшем, в конце I – начале II династии, на небольших мастабах вместо двух отверстий появляются две неглубокие ниши, имеющие одинаковые размеры и расположенные у противоположных концов восточной стены. А уже при  II и IV династиях большинство небольших мастаб в некрополях Саккары и Гизы в Нижнем Египте, и Нага-эд-Дер, и Регагнаха в Верхнем Египте имеют две «ложные двери», где южная больше северной [Reisner, 1936, pp. 241–242]. Таким образом формировался важнейший элемент поминальной часовни — «ложная дверь». Но в какой момент появляется дверь в огражденное культовое место с «ложной дверью» сказать трудно, возможно, на этапе возникновения самых ранних встроенных часовен в мастабах — в конце II династии — при правлении Хасехемуи [Reisner, 1936, p. 264].
7 На протяжении правления III–VI царских династий, т. е. в интервале около 500 лет, происходило сложение столичных и провинциальных некрополей, а также разрабатывалась архитектура основных форм древнеегипетских гробниц — мастабы и скальной гробницы. Если первые берут свои истоки еще в позднедодинастическое время и к началу III династии уже прошли длительный путь развития [Reisner, 1942, p. 12], то скальные гробницы появляются значительно позже мастаб в столичных некрополях, а затем и на провинциальных кладбищах. При этом форма скальной гробницы была связана с представителями знати различного ранга, в то время как форма наземной гробницы при III–IV династии — мастабы — с высшей знатью, царскими родственниками, а пирамиды (также наземной гробницы) — с царем. Только со времени Нового царства форма скальной гробницы будет принята царями для устройства мест их погребений.
8 Первые скальные гробницы в Гизе, начавшие высекаться в царствование Менкаура [Reisner, 1942, p. 219]1, принадлежали родственникам Хафра и размещались к востоку от его пирамиды – в массиве скалы, где образовались участки с отвесной скалой на месте каменоломни, где прежде добывали камень для пирамид Хуфу и Хафра.
1. У П. Яноши есть предположение, что некоторые гробницы все же могли появиться в последней трети правления Хафра. См. [Jánosi, 2005, S. 305].
9 Несмотря на разницу во внешней форме, и мастабы, и скальные гробницы имеют обязательные архитектурные составляющие — место погребения тела умершего (погребальную камеру), и место оправления поминального культа (часовню). Организация входа в часовню представляла собой проход, после которого, сразу перед началом поминальной часовни, располагалась дверь. Как правило, над проходом размещались архитрав и каменный барабан с именем и титулами владельца гробницы (Илл. 1, а).
10

11 Илл. 1. Устройство входа в скальную гробницу: а) схема входа, б) примеры гробниц с различной формой углубления для подпяточного камня
12 Fig. 1. Construction of the entrance to a rock-cut tomb: (a) scheme of the entrance, (b) examples of tombs with various forms of indentation for the heel stone.
13 Богатые скальные гробницы подражают часовням в мастабах не только в конфигурации плана, стилистике оформления стен, но и во многих других деталях; но здесь даже можно говорить о взаимовлиянии. Местами качество оформления часовен скальных гробниц не многим уступает часовням в мастабах. Поэтому, говоря о дверях в часовни скальных гробниц, мы можем в качестве аналогий рассматривать двери и в мастабах.
14 ПРОХОД В ЧАСОВНЮ
15 Все двери можно классифицировать по их месторасположению в гробнице – закрывающие основной вход в часовню, в дополнительные помещения или ниши внутри часовни. Но подавляющее большинство гробниц имели одно культовое помещение и единственную дверь, если имели таковую, – на основном проходе в часовню.
16 Учитывая тот факт, что двери в гробницах не сохранились, кроме нескольких экземпляров, хранящихся в музейных коллекциях (см. далее), проходы — это единственное, что может нам помочь реконструировать размеры и ряд особенностей дверей в каждом конкретном случае.
17 Длина прохода. Проход в культовое сооружение – часовню, является неразрывной частью всей архитектуры и декора гробницы, длина которого зависела от целого ряда факторов: иконографической программы, в частности, предполагалось ли изначально наносить рельефы на боковины прохода или нет, а также, от природных и искусственных особенностей участка скалы. Так, «гробницы-ядра» [Ветохов, 2016, с. 245–263], появившиеся первыми на скальных участках, вокруг которых, как вокруг ядра в последующем выстраивались другие гробницы, отличались крупным размером и богатством убранства, имели большу́ю длину прохода по причине расширенной иконографической программы, как, например, гробницы Хафраанха — 1,18 м, или Каемнофрета (LG 63) — 1,73 м. Но встречаются часовни с большой длиной прохода по причине природных особенностей скалы, вынудивших строителей прорубить длинный проход в часовню, чтобы добраться до плотной скальной породы (например, гробница GE 107, имеющая проход длиной ок. 2,80 м), или из-за тесного соседства с другими гробницами (например, в гробнице Хуфухотепа (GE 15), имеющей коридор длиной ок. 4,10 м). Пологость участка вынуждала строителей вырубать ступени в пороге для спуска в часовню (GE 23, GE 89), или открытые дворы перед проходом в скальную часовню (Кахерптаха, GE 74).
18 Ширина прохода. Из чуть более 100 известных нам скальных гробниц на Восточном плато (на 2021 год), у нас есть информация о ширине 68 проходов (включая внутренние, где устанавливалась дверь) из 72 доступных на данный момент гробниц. В остальных случаях гробницы остаются недоступны, находясь под слоем отвала, либо имеют разрушенные проемы, не редко, вместе со всей внешней стеной.
19 Диаграмма распределения ширины проходов по убыванию (Илл. 2, a) демонстрирует достаточно большой разброс значений — от 57 до 120 см, относящихся к скальным гробницам, построенным с момента начала застройки скального массива до конца Древнего царства (ок. середины V – VI династия). По графику распределения значений скорее можно говорить о стремлении древних мастеров выдержать не целые значения локтей (царских или малых)2, а оперировать значениями в ладонях — 8, 10 или 12. Как правило, бóльшая ширина прохода свойственна «гробницам-ядрам», располагающимся в двух размерных группах – с шириной 10 и 12 ладоней (76–80 и 90–98 см). Например, ширину прохода, соответствующую 10 древнеегипетским ладоням, мы встречаем в гробницах G 7714 — 77, Каемнофрета (LG 63) — 80 и в Кахерптахе (LG 71A) — 78 см, а советующую 12 ладоням, в гробнице Ченти I (GE 11) — 90, Ченти II (GE 12) – 91, Каапера (G 7814) — 92 и Хафраанха (G 7948) — 98 см. Но особенно большие по ширине проходы наблюдаются в гробницах ближайших родственников царя, как, например, в гробнице царевича Каджедеда (Service tomb 1) (конец IV – начало V династии), где экспедицией Дж. Райзнера был обнаружен самый большой вставной барабан на Восточном плато (длина 168, ширина и высота ок. 50 см), выполненный из гранита, размещавшийся над основным проходом в часовню шириной ок. 118 см.
2. Царский локоть, равный 52,5 см, состоял из 7 ладоней, а малый локоть, равный 45 см, состоял из 6 ладоней; ладонь состояла из 4 пальцев [Lepsius, 1865; Junker, 1929, S. 86; Arnold, 1991, p. 10].
20

21 Илл. 2. Диаграммы: а) распределение ширины проходов в часовни по убыванию, б) распределение высоты барабанов над проходами по убыванию (штриховкой выделены «гробницы-ядра»)
22 Fig. 2. Diagrams: a) distribution of width of tomb entrances in descending order, b) distribution of drum height (shading indicates “core tombs”)
23 «Гробницы-ядра», имеют схожие размеры проходов, размещаясь при этом в разных скальных группах гробниц, порой удаленных друг от друга на сотни метров, что может говорить о существовании размерных стандартов, использованных одной строительной бригадой или нормативных размеров, существовавших в соответствующий период времени.
24 В скромных гробницах разброс ширины прохода от 57 см (ок. 8 ладоней) и, нередко, достигает размера богатых гробниц: G 7715 – 57, GE 57 – 65, G 7834 – 66, Итисен – 68, Неферсефехптах (GE 29) — 70, Нисутптах (GE 31) — 74, Ипи (GE 24) — 75, GE 23 — 78–80, GE 18 — 83, Перинеджу (GE 19) — 90 см. Но и в крупных, богато декорированных гробницах, встречаются не широкие проходы. Так, например, в одной из самых больших скальных гробниц на Восточном плато — в гробнице Кахерптаха, состоящей из двух помещений и содержащей 29 статуй и рельефное оформление, ширина прохода в часовню составляет всего 75 см. В данном случае, причину столь узкого прохода скорее всего, определило время ее строительства, относящееся к концу Древнего царства, предположительно, к VI династии, когда заметна общая тенденция к уменьшению размеров проходов в часовни. Также, следует учесть, что вход в часовню гробницы Кахерптаха осуществлялся через открытый (?) двор, снижая тем самым смысл в наличие классически оформленного входа в часовню — с наклонной внешней стеной, широким и высоким проходом, архитравом и барабаном.
25 Высота прохода. Если за высоту входа в часовню принять расстояние от пола прохода до низа барабана над ним, то, например, в «гробницах-ядрах», возникших в начале застройки скального массива начиная с середины V династии, высота колеблется в среднем ок. 190 см (G 7948 — 185, GE 11 — ок. 190, LG 71 — 195 см). Хотя есть примеры, когда у «гробниц-ядер» с широкой программой оформления (рельефы и статуи) проход мог быть непривычно низким, как, например, в гробнице Каемнофрета, где высота прохода всего 158 см (особенности скального участка?). В гробницах с менее богатым убранством, появившимся позднее, высота может варьироваться в широком диапазоне — как экстремально низко — ок. 102–120 см (G 7822-2 — 102, GE 29 — 120 см), так и достигать высоты богатых гробниц (GE 23, GE 18 — 160, GE 17 — 182 см).
26 Чаще всего, оригинальный уровень пола на проходе в часовни не сохранился. Это связано с хрупкостью известняковой скалы, которая крошилась от активного использования гробниц в качестве жилых помещений в Средневековье и Новое время. Но, например, в гробнице Хафраанха пол в проходе в часовню хорошо выровнен, отшлифован и даже имеет наклон ок. 12 градусов во внешнюю сторону [Kormysheva, Malykh, Vetokhov, 2010, pp. 14–15], что вторит традиции в мастабах, где подобное решение является не редким.
27 Анализ большинства скальных гробниц на Восточном плато дает возможность заключить, что большая ширина проходов свойственна как правило гробницам, относящимся к началу застройки восточной окраины Восточного плато скальными гробницами – в середине – конце V династии, в то время, как небольшие гробницы с узкими и низкими проходами начинают высекаться почти сразу после сооружения крупных гробниц и по мере постепенного уплотнения и общего обеднения некрополя продолжают появляться на протяжении всего Древнего царства.
28 АРХИТРАВ И БАРАБАН
29 В Древнем Египте дверной проем в жилых домах оформлялся архитравной балкой и закрывался циновкой, которая сворачивалась в рулон и крепилась к перемычке при открывании. Считается, что именно она послужила прообразом каменного барабана, появившегося в гробницах над проходами в часовни и в оформлении «ложных дверей» в эпоху Древнего царства [Arnold, 2003, p. 77]. Например, на керамической модели одноэтажного дома, обнаруженной на раскопках в Эль-Амре (Абидос), относящейся к додинастическому периоду Нагада II (3600–3200 гг. до н.э.), дверной проем в дом оформлен архитравной балкой, окном и свернутой в рулон циновкой под ней (Британский музей EA35505). Окно между балкой и рулоном вызывает прямые ассоциации с плакеткой для списка жертвенных даров, размещающейся между архитравом и барабаном в оформлении «ложной двери».
30 Барабан над проходом перед дверью являлся обязательным элементом поминальных часовен как мастаб, так и скальных гробниц. В богатых скальных гробницах барабаны были вставные, из лучшего камня для филигранно исполненной рельефной надписи с именем и титулами хозяина гробницы. Это явилось причиной утраты большинства подобных барабанов, в том числе, по причине комплектования музейных коллекций в XIX в., как, например, произошло с входным барабаном гробницы Хафраанха, увезенным в Берлин австрийской экспедицией К. Р. Лепсиуса.
31 На данный момент у нас есть информация о высоте только 23 барабанов (включая, расположенные над внутренними проходами, где устанавливалась дверь) из 72 доступных на данный момент гробниц. «Гробницы-ядра», относящиеся к началу застройки скального массива (середина V династии), имеют барабаны высотой 4 или 7 ладоней (30 или 52 см). Так, барабан высотой 30 см, имеют, например, гробницы G 7948, GE 24 и LG 71B, а высоту 52 см, соответствующую 7 ладоням (1 царский локоть), имеют гробницы LG 63, LG 71 и Каджедета. Но, как и в случае с шириной прохода в часовни, высота барабанов над проходами уменьшается к концу Древнего царства, вплоть до полного отказа от его использования в оформлении входа (GE 15, GE 29, GE 57, GE 65, GE 69, GE 103, GE 104, GE 107, GE 108, LG 70, G 7818, G 7823, G 7834, G 7852). А минимальная зафиксированная нами высота барабана (17 см) находится над внутренним проходом (ширина 88, высота 205 см) в помещение G 7721B гробницы Кахерптаха, что, вероятно, также объясняется ее строительством при VI династии, как и ранее упомянутый, заметно узкий проход в ее часовню (75 см).
32 ДВЕРЬ
33 В гробницах, в которых была установлена или планировалась установка двери в конце прохода перед самым входом в часовню, было расширение, так же, как и понижение проема относительно потолка часовни (ок. 12–15 см). Это было необходимо, чтобы минимизировать зазоры между дверным полотном и стеной. Такую же задачу выполнял порожек – частый элемент на входе в часовню, также указывающий на первоначальное наличие или планирование установки двери.
34 Дверное полотно. До наших дней сохранилось немного деревянных дверей гробниц Древнего царства. Наиболее известные экземпляры происходят из мастаб вельможи Нефермаата (IV династия, Мейдум) и чиновника Каемхесита (V династия, Саккара). Дверь в гробницу Нефермаата (шириной 73 см) состоит из двух толстых досок, соединенных утопленными поперечными брусками. По обе стороны от нее стояли два деревянных косяка, а для фиксации двери сверху на нее опускалась деревянная балка толщиной ок. 40 см [Petrie, 1912, p. 25, pl. XVI]. Дверь из мастабы Каемхесита (60×200 см) [ Königsberger , 1936, S. 16] выполнена из цельного куска дерева и имеет семь горизонтальных планок для жесткости полотна [Clarke, Engelbach, 1990, fig. 185]. Позади ноги фигуры вельможи, изображенном на двери, вырезано имя создателя этой двери – Ичу. Это один из тех редких случаев, когда мастеру было разрешено подписать свою работу.
35 В двух данных примерах удивляет небольшая ширина дверей, при которой, ширина прохода в гробнице Нефермаата, который она перекрывала, едва могла быть шире 65 см. В то время, как дверь из мастабы Каемхесита вероятнее всего была одной из створок двустворчатой двери, перекрывающей проход шириной ок. 98 см.
36 Материал. Наличие двери в часовню в целом вело к удорожанию строительства гробницы. Плотное дерево, пригодное для изготовления дверей, скорее всего, привозилось из других стран, например Финикии (совр. Ливан) [Лукас, 1958, с. 643; Nicholson, Shaw, 2000, pp. 345–350]. Но, не исключено, что основная часть всех дверных полотен была наборной и делалась из небольших досок всех видов местных пород деревьев (например, акации, сикоморы, тамариска, платана), вероятно, за исключением пальмы. Очевидно, что далеко не каждый владелец гробницы мог позволить себе не только двери из цельного куска привозной древесины, но даже и из местных пород дерева. По этой причине, видимо, иногда отказывались от установки двери в часовню, о чем свидетельствует отсутствие каких-либо следов дверной конструкции в полу и потолке в большинстве известных нам скальных гробниц на Восточном плато. Уменьшение ширины прохода, возможно, было одним из способов сократить стоимость на изготовление двери.
37 Имитация в камне. Надежным источником информации о конструкции дверей являются их изображения, представленные в камне. Так, в поминальном комплексе царя Джосера в Саккаре, основателя III династии, мы видим имитацию открытых дверей, являющихся частью кладки стены, с детально исполненными элементами крепления — верхним и нижним штифтами, но без горизонтальных планок [Lauer, 2015, p. 151, pl. 29]. Также, самым распространенным типом дверей, изображенных в камне, были «ложные двери», в деталях имитирующие настоящие. Образец такой двери сохранился в мастабе Сешемнефера II (G 5080) в Гизе, относящейся к V династии и хранящийся сейчас в музее Берлина [Junker, 1938, S. 178, Taf. 3]: на рельефе изображена двустворчатая дверь с исполненными в камне ребрами жесткости, углублениями в полу для ее монтажа и засовом3. Другой пример изображения деталей конструкции двери можно увидеть в узкой нише одной из «ложных дверей» в мастабе вельможи V династии Мерерука и его жены Сешешет в Саккаре [Wilson, Allen, 1938, pl. 107], где изображена двустворчатая дверь с пятнадцатью горизонтальными планками и засовом. Так же рельефное изображения дверей можно встретить и в скальных гробницах на Восточном плато Гизы, как, например, на южной стене в гробнице Ченти I [Kormysheva, Malykh, 2010, p. 55, fig. 11], где изображена двустворчатая дверь с нижними штифтами и горизонтальными планками, сохранившаяся на половину своей высоты. В итоге, к началу Древнего царства конструкция дверей уже сложилась и не менялась на протяжении всего периода, о чем говорит идентичность конструкции дверей, выполненных в камне, в комплексе Джосера и в гробницах последующих династий — мастабах и скальных гробницах.
3. Cм. Реконструкцию в [Junker, 1938, Abb. 34, S. 190].
38 КРЕПЛЕНИЕ И УСТАНОВКА ДВЕРИ
39 Египетский способ установки дверей не требовал косяков для крепления петель поскольку их двери поворачивались на стержнях, сделанных из того же куска дерева, что и сама дверь – верхний вставлялся в отверстие в перемычке прохода, а нижний вращался в углублении в пороге или на отшлифованной лунке (глубиной 1–3 см) каменного блока (подпятника) из твердых пород камня (диорита, гранита, базальта). Между тем, египтянам был известен принцип навешивания на петли, применявшийся для крышек ларцов.
40 Подпятник. В зависимости от количества углублений (одного или двух) за порогом прохода становится понятным одно- или двустворчатая дверь стояла. Так из 72 доступных нам скальных гробниц на Восточном плато, следы установки одностворчатой двери имеют 20 гробниц, а двустворчатой — только 10.
41 В скальных «гробницах-ядрах», сооруженных первыми на Восточном плато (например, в GE 11, G 7948 и LG 63), мы наблюдаем четкие, глубокие следы от установки одно- или двустворчатых дверей: углубления с пологой ложбой в полу для подпятников, и ниши в перемычке для деревянных брусков. В гробницах, высеченных позже (например, в GE 12, GE 15, GE 17, GE 18, GE 19 и GE 49), мы видим упрощение конструкции установки двери – небольшие углубления в полу и потолке, не подразумевавшие использование подпяточного камня и бруска в потолке для крепления двери. Но вероятнее всего, данные следы упрощенного крепления относятся к позднему периоду, когда гробницы использовались в качестве жилья, а изначально данные часовни не имели дверей.
42 Для монтажа дверного полотна углубление в полу нередко изготавливали с пологой ложбой, чтобы во время установки двери сперва вставить верхний стержень в отверстие в перемычке, затем нижний стержень протащить вдоль желобка и установить на каменный подпятник, размещенный в углублении в пороге (Илл. 4, б).
43

44 Илл. 4. Реконструкция двери в гробнице Хафраанха (G 7948): а) вид изнутри часовни, б) схема монтажа дверного полотна, в) устройство крепления верхнего штифта двери в мастабе Ти (Саккара).
45 Fig. 4. Reconstruction of the door in the tomb of Khafraankh (G 7948): (a) View from the inside of the chapel, (b) Door panel installation diagram, (c) Wooden insertion for the upper pivot of the door in the mastaba of Ti (Saqqara).
46 Можно выделить две основные формы пологой ложбы – прямая и под углом (Илл. 1, б). После установки подпяточного камня и монтажа дверного полотна ложба закрывалась каменной вставкой (но сложно сказать всегда ли), примеры которой можно наблюдать до сих пор in situ (например, в гробнице Хафраанха и Кахерптаха).
47 Расчистка подпяточных углублений в ряде гробниц подарила несколько неожиданных находок. Так, в одной из мастаб на восточной окраине Восточного плато в древнем оригинальном растворе под подпяточным камнем была обнаружена небольшая вотивная глиняная тарелочка, определенно попавшая туда не случайно.
48 В подобных углублениях для монтажа двустворчатой двери в нишу G 7721-9 скальной гробницы Кахерптаха были найдены два молота (базальтовый и кремневый?) со следами медных окислов и сработанности от ударов по медному зубилу (?). Молоты со следами медных окислов нередко обнаруживаются и на дне шахтных погребений (например, в шахте 4 гробницы GE 58) [Kormysheva et al., 2018, p. 168], которые могли специально оставлять на месте завершения строительных работ, как и в случае с молотами в углублениях для подпятников в гробнице Кахерптаха, возможно, в качестве вотивных приношений.
49 Перемычка. Сложнее обстоит ситуация с потолочной частью прохода, где фиксировался верхний штифт двери, которое, чаще всего, разрушено или изменено поздними переделками. Но в целом, крепление верхнего штифта представляло собой схожую в большинстве случаев схему: верхний штифт вращался в цилиндрическом отверстии в деревянном бруске, вмонтированным в перемычку прохода. Пример такого решения хорошо сохранился в одном из внутренних проходов в мастабе Ти в Саккаре, относящейся к V династии (Илл. 4, в). Подобная конструкция, когда деревянный штифт вращается в бруске как во втулке, позволяла избежать соприкосновения деревянной части дверного полотна с камнем, не давая ей стачиваться.
50 Реконструкция двери в гробнице Хафраанха. Наглядно продемонстрировать конструкцию и метод установки дверей можно на примере скальной гробницы Хафраанха, реконструкция которой была предпринята еще К. Р. Лепсиусом в середине XIX века. В целом, она достаточно правдоподобна, кроме одной детали — перемычка, в которой крепились верхние штифты дверных полотен, первоначально была не вставной, а выполненной из скалы, единой с гробницей.
51 Новая попытка реконструкции (Илл. 4) была сделана нами на основе пристального изучения сохранившихся следов от установки двери. Как показывает исследование сохранившегося дверного проема этой гробницы (высотой под барабаном 185 и шириной 98 см), сразу за барабаном располагалась двустворчатая дверь (высотой ок. 215 см), о чем можно судить по двум, симметрично расположенным по бокам входа, углублениям глубиной 21 см для подпятников и прямым пологим ложбам для монтажа дверных полотен, из которых южная закрыта каменной известняковой вставкой (Илл. 1, б). На боковинах входа вырублено по 7 пазов с каждой стороны, куда заходили горизонтальные рейки дверных полотен при их открытии. Учитывая, что пазы на северной боковине вырезаны поверх рельефных изображений, оформлявших гробницу, можно сделать вывод, что они предназначались не для оригинальной двери, а появились при ее позднем переустройстве, когда гробница могла быть узурпирована. При этом отсутствие пазов на боковинах прохода в первоначальном устройстве двери не исключало наличия горизонтальных планок на дверных полотнах, но безусловно, несколько ограничивавших амплитуду их открывания.
52 В настоящее время барабан над проходом в гробницу Хафраанха отсутствует, о наличии в древности которого, свидетельствуют пазы по бокам прохода для его установки. Как уже упоминалось ранее, он был вынут и увезен экспедицией К. Р. Лепсиуса еще в середине XIX века, хранящийся в данный момент в музее Берлина. Хорошая сохранность пазов позволяет точно реконструировать его размер — длина 119, высота 31, ширина 35 см. Заходя в пазы, барабан фиксировался известняковой балкой, от которой сохранился небольшой фрагмент (Илл. 3, a) со следом от сквозного отверстия (Илл. 3, б) диаметром 9 см. Каменная балка имела снизу деревянные вставки, прямоугольный отпечаток одной из которых виден на растворе (Илл. 3, в), сохранившемся на остатках балки. Вставки имели сквозные отверстия, игравшие роль втулок для штифтов дверей. Но, судя по следам от резца на потолке часовни вставная балка является поздней «реставрацией», выполненной, к тому же, достаточно грубо, с повреждением рельефных изображений на соседних стенах, оформлявших гробницу. Первоначально же, судя по тем же следам на потолке, балка была вырезана из массива скалы, как и сама часовня, но после ее разрушения (естественного?) была заменена на вставную в позднее время, фрагмент которой мы сейчас наблюдаем in situ.
53

54 Илл. 3. Боковины прохода в скальную гробницу Хафраанха (G 7948)
55 Fig. 3. Sidewalls of the passage to the rock-cut tomb of Khafraankh (G 7948)
56 Анализ доступных скальных гробниц на Восточном плато Гизы показал, что размер и конструктивное устройство дверей напрямую связаны с тремя основными факторами — временем сооружения часовни, состоятельностью владельца гробницы и естественными или искусственными особенностями скального участка. Так, большая ширина и длина проходов присуща как правило гробницам, относящимся к началу застройки Восточного плато скальными гробницами — в середине – конце V династии. Так же, первым гробницам свойственно более добротное исполнение мест крепления дверей — значительные по размеру и качеству исполнения углублений для установки крупных подпяточных камней, длинные ложбы для монтажа дверных полотен. В то время, как небольшие гробницы с узкими и низкими проходами начинают высекаться почти сразу после сооружения крупных гробниц и продолжают появляться на протяжении всего Древнего царства. К VI династии заметна общая тенденция к сокращению размеров проходов в часовни и упрощению мест крепления дверей — уменьшение или полный отказ от подпяточных камней.
57 Высокое общественное положение владельца гробницы и его обеспеченность отражались на размере и изобразительной программе часовни. Как следствие – большая длина (ок. 120–170 см) и ширина (ок. 90–98 см) проходов для рельефного оформления и установки больших одно- или двустворчатых дверей. К концу Древнего царства заметна тенденция к уплотнению и общему обеднению Некрополя. Так, редкость и дороговизна дерева для изготовления двери в часовнях, владельцы которых были менее обеспеченными, во многих случаях приводила к отказу от их установки, даже запланированной таковой первоначально при сооружении гробницы. В итоге отсутствие дверей — характерный признак поздних небольших гробниц.
58 При возрастающем строительстве скальных гробниц при V–VI династиях стали застраиваться пологие скальные участки и участки с не высоким качеством скалы, вынуждавшие строителей делать ступени для спуска в часовню или открытые дворы и уменьшать габариты проходов для сохранения их прочности.
59 Статистический анализ размеров (ширины прохода и высоты барабана) продемонстрировал существование устойчивых размерных стандартов в начале застройки скального массива (ок. середины V династии), задававшихся, вероятнее всего, в древнеегипетских ладонях, чем в локтях, а к концу Древнего царства – использование более широкого диапазона размеров – от экстремально небольших, так и подражающих большим размерам первых гробниц.

References

1. Vetokhov S. V. Egyptian Rock-Cut Tombs of the Old Kingdom in Giza: Architectural Elements as a Dating Instrument. Vestnik Drevnei Istorii (Journal of Ancient History). 2016. No. 2. Pp. 245–263 (in Russian).

2. Lucas A. Ancient Egyptian Materials and Industries. Moscow: Foreign Literature Publ., 1958. — 407 p. (in Russian).

3. Arnold D. Building in Egypt: Pharaonic Stone Masonry. London: Oxford University Press, 1991. — 316 p.

4. Arnold D. The Encyclopedia of Ancient Egyptian Architecture. Princeton, N.J.: Princeton University Press, 2003. — 274 p.

5. Bárta M. Journey to the West: The World of the Old Kingdom Tombs in Ancient Egypt. Prague: Charles University in Prague, 2011. — 342 p.

6. Clarke S., Engelbach R. Ancient Egyptian Construction and Architecture. New York: Dover Publications, Inc., 1990. — 242 p.

7. Fischer H. G. Varia Nova. Egyptian Studies III. New York: The Metropolitan Museum of Art, 1996. —264 p.

8. Flinders Petrie W. M., Wainwright G. A., Mackay E. British School of Archaeology in Egypt and Egyptian Research Account, Eighteenth Year, 1912: The Labyrinth, Gerzeh and Mazghuneh. London: School of Archaeology in Egypt, University College, 1912. — 59 p.

9. Jánosi P. Giza in der 4. Dynastie. Wien: Verlag der Österreichischen Akademie der Wissenschaften, 2005. — S. 464.

10. Junker H. Giza I. Die Mastabas der IV. Dynastie auf dem Westfriedhof. Hölder–Wien und Leipzig: Pichler–Tempsky A.–G., 1929. — S. 256.

11. Junker H. Giza III. Die Mastabas der fortgeschrittenen V. Dynastie auf dem Westfriedhof. Hölder–Wien und Leipzig: Pichler–Tempsky A.–G., 1938. — S. 256.

12. Kormysheva E., Malykh S., Vetokhov S. Giza. Eastern Necropolis I. The Tomb of Khafraankh. Moscow: IOS RAS, 2010. — 271 p.

13. Kormysheva E., Malykh S. Lepsius Tombs in Giza Necropolis re-discovered. The Journal of Egyptian Archaeology 96. 2010. Pp. 40–70.

14. Kormysheva E., Malykh S., Lebedev M., Vetokhov S. Giza. Eastern Necropolis IV. Tombs of Perseneb, Ipy, and Ananymous Toms GE 23, GE 40, GE 57, and GE 58. Moscow: IOS RAS, 2018. — 336 p.

15. Königsberger O. Die Konstruktion der ägyptischen Tür. Glückstadt: Verlag Von J. J, Augustin, 1936. — S. 87.

16. Lauer J.-Ph. Les Pyramides de Sakkara / The Pyramids of Sakkara (Bibliotheque Generale) (English and French Edition). Cairo: IFAO, 2015. — 226 p.

17. Lepsius С. R. Die alt-ägyptische Elle und ihre Eintheilung. Berlin: Akademie der Wissenschaften, 1865. — S. 63.

18. Lepsius C. R. Denkmäler aus Ägypten und Äthiopien. Text I. Leipzig: J. C. Hinrichs’sche Buchhandlung, 1897. — S. 233.

19. Nicholson P. T., Shaw I. Ancient Egyptian Materials and Technology. Cambridge; New York: Cambridge University Press, 2000. — 702 p.

20. Reisner G. A. The Development of the Egyptian Tomb down to the Accession of Cheops. Cambridge: Harvard University Press, 1936. — 428 p.

21. Reisner G. A. A History of the Giza Necropolis. Vol. I. Cambridge: Harvard University Press, 1942. — 580 p.

22. Wilson J. A., Allen T. G. The Mastaba of Mereruka. Part II. Chicago: The University of Chicago Press, 1938. — 332 p.

Comments

No posts found

Write a review
Translate