Intellectuality, Anomality and Future of Reform Judaism in Russia. A review on Elena Nosenko-Stein’s book “Reform Judaism in Russia: Does It Have any Future?”
Table of contents
Share
QR
Metrics
Intellectuality, Anomality and Future of Reform Judaism in Russia. A review on Elena Nosenko-Stein’s book “Reform Judaism in Russia: Does It Have any Future?”
Annotation
PII
S268684310030216-5-1
Publication type
Review
Status
Published
Authors
Luiza Khlebnikova 
Occupation: Associate Professor, Department for Jewish Studies, Institute for Asian and African Studies
Affiliation: Lomonosov Moscow State University
Address: Russian Federation, Moscow
Edition
Pages
239-243
Abstract

In the Russian academic community, there is a low interest towards researching Reform Judaism, its history and current development. Russian Reform Judaism has been also not on the scientific radar of Russian experts. Dr. Elena Nosenko-Stein’s book “Reform Judaism in Russia: Does It Have a Future?” makes a valuable contribution to Jewish studies in Russia.

The author of the book made her own surveys of opinions of members of the community, she also interviewed them, and used the method of participant observation in Moscow Jewish Reform Community Le-Dor Va-Dor to make an analysis more profound. Despite the fact that the Russian Reform Jewish community is extremely small, there are many myths around it.

This book review shows that the monograph consistently reveals the features of Russian Reform Jewish denomination. It breaks down the existing myths around Reform Judaism. The book also assesses intercommunal relations between Reform and Orthodox Jews in Russia. And it analyzes the role of Israel in the identity of Russian Jews. In the end of monograph, the author stresses the main challenges that Russian Reform Jews face today.

Keywords
Judaism, Reform Judaism, Israel, Jewish community
Received
07.03.2024
Date of publication
22.04.2024
Number of purchasers
4
Views
299
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf
1 В 2020 г. вышла в свет долгожданная книга доктора исторических наук, ведущего научного сотрудника Отдела изучения Израиля и еврейских общин Института востоковедения РАН Елены Эдуардовны Носенко-Штейн «Реформистский иудаизм в России: есть ли у него будущее?» [Носенко-Штейн, 2020]. Данный труд стал результатом многолетних полевых и не только исследований автора. Накопленные знания и опыт, которые были апробированы на многочисленных конференциях, в том числе и на мероприятиях Отдела изучения Израиля и еврейских общин ИВ РАН, легли в основу монографии.
2 Данная книга вносит большой вклад в изучение не только самого реформистского иудаизма, в том числе и его российской части, но и в целом еврейской общины России. Одним из самых главных достоинств книги является именно то, что она представляет собой не сплошное повествование, а непосредственно исследование, основанное на специальных методах, в том числе глубинных интервью и методах включенного наблюдения в московской общине Ле-дор ва-дор. Использование методологии придает работе вес. В конце книги приведены, как видится без коррекции, интервью Елены Эдуардовны с информантами, что помогает дополнительно ознакомиться с материалами, не попавшими полностью на страницы монографии. Отдельно представлены фотографии с мероприятий общины, таблицы и диаграммы, демонстрирующие результаты проведенных опросов. К сожалению, выборка в опросах небольшая, о чем автор сразу сообщает, и это связано с тем, что численность общины не превышает несколько сотен человек. Мой опыт показывает, что в Российской Федерации до сих пор присутствует предубеждение к участию в опросах и исследованиям ученых, что требует от нас дополнительных усилий по привлечению и работе с респондентами.
3 Научная новизна книги Елены Эдуардовны бесспорна, до этого труда не было полноценного исследования реформистского иудаизма, его основных положений и его состояния в РФ. В российской иудаике есть мощнейшие труды по советскому и российскому еврейству, статьи про российскую реформистскую общину (например, работы Г.С. Зелениной [Зеленина, 2015] и М. А. Шишигиной [Шишигина, 2019]), однако, отдельной работы про реформизм в России не было. Книга Е.Э. Носенко-Штейн восполняет этот очевидный пробел.
4 Первая часть работы посвящена появлению, развитию и современному состоянию реформистского иудаизма — темы, заслуживающей отдельной монографии. Однако она не является предметом исследования автора, кратко вводящего в курс дела читателя, мало знающего про тонкости и особенности реформистского иудаизма, чье изучение невозможно без обращения к американскому опыту. В США реформистский иудаизм является самым распространенным течением иудаизма, хотя из-за демографических показателей есть тенденция к тому, что ортодоксальное направление будет доминировать в будущем, как демонстрирует исследование Йельского университета 2021 года [Pinker, 2021]. В этой части работы автор анализирует основополагающие тезисы догматики этой деноминации и разбирает ритуальную особенность, которая подвергалась изменениям со временем.
5 Реформистский иудаизм не является синонимом «светской религии», хотя в таком значении встречается даже в работах ученых. Миф о том, что реформистские евреи не соблюдают или даже активно возражают против предписаний иудаизма, не отражает реальную картину. Как указывает автор, «новый реформизм» стал бережнее относиться к ритуальной составляющей. Например, по данным Елены Эдуардовны, более 50% российских респондентов ответили, что соблюдают Шаббат, чуть меньше — следуют кашруту.
6 При этом еврейская идентичность в России, в большей степени, связана с этнической, а не с религиозной идентичностью. Однако и здесь, согласно результатам анкетирования автора, можно увидеть, что есть неопределенности с самоидентификацией реформистских евреев: определяют ли они себя как просто евреи, русские евреи, российские евреи или россияне? [Носенко-Штейн, 2020, с. 39–40]. Автор выделяет в шестой главе «Разнообразия символов» традиционные «негативные факторы», влияющие на формирование еврейской идентичности или ее пробуждение, такие как память о Холокосте и угроза антисемитизма. Для реформистов память о Холокосте не является основным фактором, вокруг которого конструируется идентичность, как показал анализ Е. Э. Носенко-Штейн. В современной России проблема антисемитизма не стоит так остро, как в советское время, он также изменился в своих проявлениях [Носенко-Штейн, 2020, с. 92–93]. В основном он явно проявляется в интернете, но не исчез и «бытовой антисемитизм». Большинство молодых реформистов (до 34 лет) почти ни разу не сталкивались с антисемитизмом. В целом, конструирование «нового еврея», обладающего позитивной формой еврейской самоидентификации по сравнению с советской, являлось важной целью для многих общинных лидеров и организаций в России. И она принесла свои плоды.
7 В целом, большинство евреев в РФ — светские. При этом общинная жизнь в еврейской части России очень активная. Среди российских соблюдающих евреев наиболее распространенным является ортодоксальный иудаизм, который часто автоматически ассоциируется с Любавическими хасидами или Хабад Любавич. Если в США ортодоксальный иудаизм подразделяется на современную ортодоксию и ультра-ортодоксию, с разбивкой на подгруппы внутри, то в России ключевую позицию заняли представители Хабада. Как метко утверждает Е. Э. Носенко-Штейн, «российские евреи плохо ориентируются в различных направлениях и течениях иудаизма». Почти все крупные еврейские культурные центры «курируются» Хабадом.
8 Названия двух глав книги включают слово «смысл», в частности: «Быть евреем: поиски смыслов» и «Выбор смысла». Реформисты в РФ довольно молодая, высокообразованная и финансово стабильная группа, как показывает автор. Последователи реформистского иудаизма отдают предпочтение данному течению из-за наличия интеллектуальной свободы и отсутствия жесткого религиозного догматизма. Не последнее место занимает и отношение реформизма к гендерным и другим вопросам, что отличает его от ортодоксальной деноминации [Носенко-Штейн, 2020, с. 57]. При этом важно привести цитату раввина Лыскового, который в интервью Елене Эдуардовне подчеркнул, что, в отличие от американских реформистов, огромную роль в российском обществе играет фактор доминирования консервативных настроений, что сильно влияет на отношение к реформизму в еврейской (светской и религиозной) общине. Например, в социальных сетях реформистское движение России старается использовать термин «современный иудаизм», избегая отсылки к принятому в США — либеральному или прогрессивному.
9 Елена Эдуардовна особое внимание уделяет сложным межобщинным связям в России, приводя в пример разные стереотипы о реформистах, где их «демонизация» вписывается в дихотомию «свой–чужой». В России реформизм не всеми приемлем и считается «отклонением от нормы», тогда как в реформистской общине аномалией воспринимается ортодоксальный иудаизм. Устойчивой тенденции на сближение между этими группами пока нет [Носенко-Штейн, 2020, с. 100]. Схожие проблемы в межобщинных контактах мы можем найти и в еврейской общине США, где реформисты и ортодоксы мало пересекаются и не имеют ничего общего друг с другом, как показывают опросы американского исследовательского Центра Пью [Pew Research Center, 2021].
10 Отдельно стоит указать на роль Израиля в конструировании идентичности российской реформистской общины — ей посвящена отдельная глава. В отличие от еврейской общины США, российские евреи чаще посещают Израиль и больше о нем знают, но как указывает автор книги «в самоидентификации российских реформистов, равно как и в самоидентификации российских евреев в целом, Израиль центрального места не занимает» [Носенко-Штейн, 2020, с. 79]. Они укоренены в России и большинство респондентов, пусть и при маленькой выборке, считают ее своей родиной [Носенко-Штейн, 2020, Табл. 21]. В идентичности американских евреев значимость Израиля также ослабевает, но в России он не является причиной раскола общины и не провоцирует продолжительных дебатов.
11 ***
12 Реформистский иудаизм — это маленькая по численности последователей, высоко интегрированная в общество, часть еврейской общины России. При этом, как пишет автор исследования, он сталкивается с рядом вызовов: недостаточная финансовая поддержка, организационные промахи, высокая конкуренция с Хабад, консерватизм, характерный для российского общества в целом. Обращаясь к этим вопросам, представленная монография развивает научную дискуссию о еврейской общине в России, особенно о той ее части, которая обычно остается за рамками обсуждений.
13 В заглавии книги Е. Э. Носенко-Штейн вынесен вопрос: есть ли будущее у реформистского иудаизма в РФ? В заключении автор делает вывод, что это течение иудаизма заняло свою нишу и у него есть потенциал. Может показаться, что это уклончивый ответ на поставленный вопрос, однако, в эпоху тотальной нестабильности он кажется наиболее обнадеживающим.

References

1. Zelenina G. “A Portrait on the Wall and Sprat on the Bread”: Moscow Jews between the Two 'Sects'. State, Religion and Church in Russian and Abroad. 2015. 33 (3). Pp. 121–169. (in Russian)

2. Nosenko-Stein E. E. Reform Judaism in Russia: does it have any future? Moscow: Institute of Oriental Studies RAS, 2020. 184 p. (in Russian)

3. Shishigina M.A. “Jews by choice”: Religious Identity in Progressive Judaism. Tirosh. Jewish, Slavic & Oriental Studies. 2019. Pp. 267–283. (in Russian)

4. Pew Research Center. Jewish community and connectedness. Jewish Americans in 2020. URL: https://www.pewresearch.org/religion/2021/05/11/jewish-community-and-connectedness/ (accessed 30.09.2023)

5. Pinker E. J. Projecting Religious Demographics: The Case of Jews in the United States. Journal for the Scientific Study of Religion. 2021. Pp. 229–251. URL: https://onlinelibrary.wiley.com/doi/epdf/10.1111/jssr.12716 (accessed 30.09.2023)

Comments

No posts found

Write a review
Translate